Новости

Новости ЕАД

Перевод Библии — самое важное дело моей жизни

Николай Жукалюк, председатель редакционной комиссии Современного перевода Библии на украинский язык (2020), рассказывает о своем труде на этом поприще.

Я всегда мечтал о переводе Библии на современный украинский язык. Почему? Потому что молодежь, когда мы ее приглашаем читать Библию, в частности мои внуки, правнуки говорят: «Не интересно, мы не понимаем этого текста». Но я рассчитывал, что это сделает кто-то другой.

Когда мне было уже 82 года, я уже и не надеялся что-то подобное увидеть. Но Господь имел Свой план, и эту работу поручили мне. Я каждый день приходил в кабинет Украинского Библейского Общества (УБТ) и работал там с десяти утра до пяти вечера.

Рафаил Турконяк хорошо знает древнееврейский и древнегреческий языки. Он украинец, но родился в Англии и знал украинский в ее диаспорной, зарубежной версии. И таким образом он перевел Новый Завет.

Затем он пробовал привлечь к переводу на современный украинский язык специалистов с учеными званиями. Давал им «Бытие» или какую-то другую библейскую книгу редактировать после его перевода, а они делали это по-своему, как были научены. Их правку он не принимал.

С Рафаилом Турконяком мы познакомились в 1993 году, когда я был одним из основателей Украинского Библейского Общества. В 1992 году он начал перевод Писания с Септуагинты — греческого перевода.

Редакционная комиссия пришла к выводу, что для православных такой перевод, возможно, и будет подходить, потому что там в богослужении используется церковнославянский язык. Адвентисты же не могли использовать этот перевод, в том числе пасторы.

К тому изданию я написал вступление, в котором затронул вопрос о необходимости осуществить перевод Библии с древнееврейского, а не с Септуагинты, то есть не делать перевод с перевода. Я отвергал такую идею.

Президент УБО как-то в шутку сказал мне: «Когда будешь редактировать перевод, пожалуйста, не старайся сделать всех адвентистами». Я ответил: «Грош цена была бы мне, если бы я Слово Божье старался исказить в угоду адвентистам или еще кому-то».

Кто входил в редакционную комиссию?

Игорь Корещук, Александр Болотников. Мы также обращались к руководителям церквей, в том числе и адвентистам – Владимиру Крупскому, Виктору Алексеенко, Станиславу Носову.

Этот перевод мы выпустили сначала шестью отдельными книгами. Параллельно с тем, как мы делали редакцию, эти люди сами прочитывали сделанное или кому-то поручали.

Когда появились эти новые переводы, шесть книг, референты присылали много писем в Библейское общество и мне лично. Некоторые замечания мы учли, некоторые из них были требованием внести в Слово Божье чисто конфессиональные моменты, на что мы не соглашались. Поэтому я держался лозунга европейской Реформации: Библия, только Библия и ничего, кроме Библии. Поэтому, даже если мне иногда и хотелось как адвентисту, что-то немножко изменить, по-другому поставить, я не мог этого сделать.

Во-первых, моя совесть не позволяла это сделать, во-вторых, я консультировался со знатоками древнееврейского языка. Передо мной всегда на столе было больше десяти переводов Библии — славяноязычных и других, которые я немного знаю. И когда я заходил в тупик, — иногда случалось, что над каким-то текстом я сидел целый день, не мог сдвинуться, так как видел, что что-то не так, — и должен был консультироваться со специалистами, особенно с Болотниковым. Он мне очень помог.

Я подготовил список тех людей, которые работали в нашей редакционной комиссии, большой список. Я брал за основу и современный русский перевод, их уже сделано несколько, в том числе перевод Института перевода Библии под редакцией Михаила Кулакова.

Кулаков мой друг, добрый адвентист, хорошо знал древнееврейский язык. Его сыновья, особенно Михаил, изучали этот язык в рамках богословского образования. Его Библия всегда была открыта передо мной. Когда я заканчивал какую-то книгу, то возвращал ее Турконяку, чтобы он сделанный перевод сверил с древнееврейским языком. Он ставил свою подпись на том, и только после этого мы запускали в печать. Это заняло шесть лет моей жизни.

За свою жизнь в церкви я занимал разные должности. Но вижу, что Бог через все эти служения готовил меня к этому переводческому труду. Когда мне предложили эту работу, я тогда готовил материал для своей новой книги. Я молился об этом предложении и открыл для себя, что «Твоя книга — это «так говорит Жукалюк», а Слово Божие — это «так говорит Господь». Выбирай — что главнее?»

Решать пришлось недолго. Я выбрал Слово Божье и аминь. Мне сказали, что хорошо бы пересмотреть и Новый Завет, который уже был сделан, и его распространяли отдельными книгами. Руководители Библейского общества и переводчик также сказали: «Хорошо было бы, чтобы эта Библия была сделана одним почерком».

Я начал редактировать Новый завет, перевод которого был сделан с древнегреческого языка. Библейское общество приняло решение сделать первое издание, не дожидаясь, пока я закончу эту работу. Этот новый перевод был сделан моим зятем, Богданом Качмарем (он умер десять лет назад), поэтому я считал, что эта работа закончена.

Новый Завет, в переводе которого он тогда участвовал, поскольку был главным редактором, присоединили к переводу Ветхого Завета, сделанному с Септуагинты. Я думал, что одно-два слова по ходу на странице поправлю и все, но когда начал работать над тем переводом, оказалось, что там много работы.

Когда я уже работал над последними главами Евангелия от Иоанна, мне сделали операцию. Я молился: «Господи, позволь мне довести начатое дело до конца». Хирург успешно сделал операцию. У меня теперь две дыры в черепе. Два месяца, пока я отходил от той операции, ко мне приезжали, навещали, вместе с тем прислушивались, как я мыслю, что я говорю.

Я сам себе был главным контролем, мне было важно, что скажет снова Турконяк. Он подписывал тот перевод, а теперь делается второй перевод, который довольно серьезно был исправлен. Он с удовольствием начал работать и, конечно, делал свои замечания. На прошлой неделе я закончил редактирование книги Откровение. Так что практически эта работа завершена.

В данный момент я делаю вторую редакцию, начав с Деяний апостолов и до Откровения, работаю над Вторым посланием к коринфянам.

По причине карантина, дети настояли, чтобы я работал дома, поэтому все материалы я забрал домой и работаю дома. После просмотра Турконяка я ввожу правки в текст. Вся эта работа выполнена на бумаге. Я не пользуюсь компьютером. Все бумаги с правкой будут в Библейском обществе. Кому будет интересно, сможет увидеть наш рабочий процесс от начала и до конца.

Очень счастлив, что Рафаил Турконяк после моей редакции делает незначительные поправки, которые свидетельствуют о том, что здесь не мое знание и фамилия, а работа Святого Духа.

Я рекомендую этот перевод. Его отпечатали в Финляндии. Мне сообщили из Библейского общества, что ее разбирают оптом и в розницу. Стоимость экземпляра Библии оказалась невысокой.

Вы говорили, что у вас есть список, к кому вы обращались. Можно ли как-то его прочитать?

Этот список я отдал в Библейское общество. Они решили в первом издании этот список не публиковать. Там только люди, которые принимали наибольшее участие в этом деле. Буду рад, если и моей фамилии там не будет, потому что тогда будет чаще упоминаться Имя Господне.

Беседовал Сергей Литовченко