Новости

Новости ЕАД

Духовность закона

«Не нарушить пришел Я, но исполнить» (Мф. 5:17).

 Именно Христос среди грома и пламени возвестил закон с горы Синай. Слава Господня, подобно «огню поядающему», покоилась на ее вершине, и от присутствия Божьего гора сотрясалась. Сонмы израильтян, распростершись на земле, в страхе и трепете внимали священным предписаниям закона. Какой контраст по сравнению с тем, что происходило на горе благословений. Под солнечным небом, в тишине, нарушаемой лишь пением птиц, Иисус излагал Своим слушателям принципы Своего Царства. Однако, говоря в тот день с народом языком любви, Он раскрывал перед ними принципы того же закона, что был провозглашен с Синая.

Длительное египетское рабство отрицательно сказалось на Израиле, поэтому при даровании закона необходимо было показать евреям могущество и величие Бога, однако и тогда Бог открылся им как Бог любви.

«Господь пришел от Синая, открылся им от Сеира, воссиял от горы Фарана и шел со тьмами святых; одесную Его огнь закона. Истинно Он любит народ Свой; все святые Его в руке Твоей, и они припали к стопам Твоим, чтобы внимать словам Твоим» (Втор. 33:2, 3).

Именно Моисею Бог открыл Свою славу в замечательных словах, ставших ценнейшим наследием всех народов и на все времена: «Господь, Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, сохраняющий милость в тысячи родов, прощающий вину и преступление и грех» (Исх. 34:6, 7).

Закон, данный на Синае, провозглашал принципы любви, будучи откровением закона небес. Он был дан рукой Посредника — изречен Тем, Чья сила могла привести сердца людей в согласие с его принципами. Господь открыл Израилю предназначение закона, сказав: «И будете у Меня людьми святыми» (Исх. 22:31).

Но Израиль не постиг духовную природу закона и слишком часто их так называемое послушание состояло только в соблюдении внешних форм и обрядов без покорности сердца верховной власти любви. Когда Иисус Своим характером и служением показал иудеям святые, благородные, отеческие качества Бога и обрисовал бессмысленность чисто внешнего послушания, иудейские начальники не поняли и не приняли Его слов. Они решили, что Он слишком пренебрежительно относится к требованиям закона, а когда Христос стал изъяснять им те самые истины, которые были сущностью установленного Богом служения, они, обращая внимание лишь на внешнюю сторону, обвинили Его в стремлении устранить его.

Слова Спасителя, произнесенные спокойным тоном, были исполнены серьезностью и силой, которая пробудила сердца людей. Они слушали в ожидании, что Он повторит безжизненные предания и требования раввинов, но напрасно. Они были поражены Его речью, «ибо Он учил их, как власть имеющий, а не как книжники» (Мф. 7:29). Фарисеи заметили огромную разницу между тем, как учили они и как учил Христос. Они видели, что величие, красота и чистота истины с ее мягким и глубоким влиянием, крепко овладевала многими умами. Небесная любовь и нежность Спасителя влекли к Нему сердца людей. Раввины видели, что благодаря Его учению все их наставления, преподанные народу, сведены на нет. Христос разрушал стену разделения, которая так льстила их гордыне и чувству исключительности; и они боялись, что если Ему не воспрепятствовать, Иисус совершенно отвратит от них народ. Поэтому они следовали за Ним с решительной враждебностью, надеясь при удобном случае возбудить против Него недовольство в народе и тем дать возможность синедриону осудить Его и казнить.

На горе благословений Иисус находился под наблюдением соглядатаев, и когда Он раскрывал принципы праведности, фарисеи пустили в толпу слух, будто Его учение противоречит заповедям, полученным на Синае. Между тем Спаситель не говорил ничего, что могло бы поколебать веру в религию и постановления, данные через Моисея, ибо каждый луч Божественного света, переданный народу израильскому его великим вождем, исходил от Самого Христа. В то время как многие помышляли в своих сердцах, что Иисус пришел отменить закон, Он вполне определенно и ясно указал на Свое отношение к Божественным заповедям. «Не думайте, — сказал Он, — что Я пришел нарушить закон или пророков».

Творец человека и Законодатель заявляет, что Он вовсе не намерен устранить закон. Все в природе, от малейшей пылинки в луче солнечного света до небесных миров, подчиняется закону, и от послушания ему зависят порядок и гармония в природе. Наравне с природными законами существуют и великие принципы праведности, руководящие жизнью всякого разумного существа, и от следования им зависит благополучие Вселенной. Закон Божий существовал еще до сотворения нашей земли. Ангелы руководствуются его принципами, и для поддержания гармонии между небом и землей человеку также нужно подчиниться Божественным постановлениям. Еще в Едеме «при общем ликовании утренних звезд, когда все сыны Божии восклицали от радости» (Иов 38:7), Христос познакомил человека с законом. Миссия Христа на земле состояла не в том, чтобы отменить закон, а в том, чтобы Своей благодатью возвратить людей к послушанию Его предписаниям.

Любимый ученик Иисуса, внимавший каждому слову Нагорной проповеди, говоря о законе спустя много лет по вдохновению Святого Духа, отмечает его неизменность. Он пишет, что «грех есть беззаконие», и «всякий, делающий грех, делает и беззаконие» (1 Ин. 3:4). Он подчеркивает, что речь идет о заповеди древней, «которую вы имели от начала» (1 Ин. 2:7). Таким образом, он говорит о законе, который существовал уже при сотворении мира и был повторен на Синае.

Говоря о законе, Иисус отмечает: «Не нарушить пришел Я, но исполнить». Он употребляет здесь глагол «исполнить» в том же самом смысле, в каком сказал Иоанну Крестителю о Своем намерении «исполнить всякую правду» (Мф. 3:15), т. е. исполнить все требования закона и дать пример полной покорности воле Божьей.

Миссия Христа заключалась в том, чтобы «возвеличить и прославить закон» (Ис. 42:21). Он должен был открыть людям его духовную сущность, его всеобъемлющие принципы и его неизменность.

Самые благородные и кроткие из людей лишь в ничтожной мере отражают Божественную красоту характера Христа; Соломон, движимый Святым Духом, пишет, что Он «лучше десяти тысяч других… и весь он — любезность» (Песн. П. 5:10, 16). И Давид, видя Его пророческим взором, говорит: «Ты прекраснее сынов человеческих» (Пс. 44:3). Иисус, точное подобие Своего Отца, сияние славы Его, самоотверженный Искупитель, во время Своего земного странствования являлся живым воплощением Божественной любви и характера Закона Божьего. Своей жизнью Он продемонстрировал, что в основе законов вечной нравственности лежат небесная любовь и христоподобные принципы.

Иисус сказал: «Доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все». Своим собственным повиновением закону Спаситель засвидетельствовал о его непреложном характере и доказал, что посредством Его благодати каждый потомок Адама может соблюсти Его закон. Стоя на склоне горы, Он заявил, что ни малейшая иота из закона не прейдет, пока не исполнится все — все, что касается человеческого рода, все, что связано с планом спасения. Он не учит, что закон когда-нибудь будет отменен, но сосредоточивает взор на самом отдаленном горизонте, какой только доступен человеческой мысли, и заверяет, что закон сохранит свою силу до этого времени, дабы никто не думал, будто Его задачей было отменить предписания закона. Пока существуют небо и земля, не прейдут и священные принципы Божественного закона. Правда Его пребудет «как горы Божии» (Пс. 35:7) и останется источником благословений, изливающим свои воды для орошения земли.

Поскольку Закон Божий совершен и, следовательно, неизменен, грешному человеку невозможно своими силами исполнить его требования. Вот почему явился Иисус, наш Искупитель. Его миссия заключалась в том, чтобы привести людей в гармонию с принципами небесного Закона, сделав их причастниками Божественного естества. Когда мы оставляем наши грехи и принимаем Христа как нашего Спасителя, этим возвышается закон. Апостол Павел спрашивает: «Итак, мы уничтожаем закон верою? Никак; но закон утверждаем» (Рим. 3:31).

Новозаветное обетование гласит: «Вложу законы Мои в сердца их, и в мыслях их напишу их» (Евр. 10:16). В то время как прообразы, указывавшие на Христа как на Агнца Божьего, берущего на Себя грех мира, утратили свое значение со смертью Иисуса, принципы праведности, выраженные в Десятисловии, остаются столь же непреложными, как и вечный престол. Ни одна заповедь не была отменена, ни одна иота или черта не была изменена. Эти принципы, преподанные человеку в Едеме как великий закон жизни, останутся без изменений и в Едеме восстановленном. Когда на нашей земле снова расцветет райский сад, Божьему закону любви будут послушны все, живущие под солнцем.

«Навеки, Господи, слово Твое утверждено на небесах» (Пс. 118:89). «Все заповеди Его верны, тверды на веки и веки, основаны на истине и правоте» (Пс. 110:7, 8). «Издавна узнал я об откровениях Твоих, что Ты утвердил их навеки» (Пс. 118:152).

 

«Итак, кто нарушит одну из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царстве Небесном» (Мф. 5:19.)

То есть ему не будет там места, ибо намеренно нарушающий одну заповедь не исполняет по духу и по истине и все остальные. «Кто соблюдает весь закон и согрешит в одном чем-нибудь, тот становится виновным во всем» (Иак. 2:10).

Грех заключается не в тяжести совершенного проступка, а в факте отступления, хотя бы в малейшем, от ясно изложенной воли Божьей, ибо это показывает, что связь между душой и грехом пока не прервана. Сердце не посвящено служению совершенно, оно еще противится Богу и восстает против законов Его правления.

Если бы людям было позволено отступать от требований Божьих и самим определять критерии своего долга, то появилось бы многообразие моральных норм, удобных самым разным людям, и правление было бы полностью изъято из рук Божьих. Воля человека стала бы преобладающей, а святая воля Божья, Его благие намерения по отношению к Своему творению оказались бы в пренебрежении и презрении.

Как только люди выбирают свой собственный путь, они становятся противниками Божьими и лишаются места в Небесном Царстве, поскольку восстают против небесных принципов. Пренебрегая Божьей волей, они становятся на сторону сатаны, врага Бога и человека. Не одним словом, не многими словами, но всяким словом, исходящим из уст Божьих, будет жить человек. Мы не можем чувствовать себя в безопасности, если пренебрегаем хотя бы одним словом Господним, каким бы незначительным оно нам ни казалось. Все заповеди даны для блага и счастья людей как в настоящей, так и в будущей жизни. Вокруг человека, послушного Закону Божьему, Бог воздвигает ограду и хранит его от зла. Разрушающий эту созданную Богом ограду хотя бы в одном месте лишается Его защиты, ибо тем самым открывает путь врагу, который принимается губить и опустошать.

Когда наши прародители осмелились единожды пренебречь волей Божьей, они открыли путь потоку горя, обрушившемуся на землю. И каждый человек, следующий их примеру, пожнет подобные плоды. В основе всех предписаний Закона Божьего лежит Его любовь, а потому каждый, отступающий от заповеди, сам кует себе несчастье и гибель.

 

«Если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное» (Мф. 5:20).

Книжники и фарисеи обвиняли во грехе как Христа, так и Его учеников, потому что те пренебрегали раввинскими церемониями и обрядами. Учеников не раз приводили в замешательство постоянные порицания и обвинения со стороны тех, кого они почитали как религиозных вождей. Иисус разоблачил обман. Он объявил, что праведность, так высоко ценимая фарисеями, ничего не стоит. Иудеи считали себя верным и избранным Божьим народом, пользующимся Его особым благорасположением; Христос же показал им, что их религии недостает спасительной веры. Все претензии евреев на благочестие, все их надуманные обряды и даже хваленое исполнение внешних требований закона не могли сделать их святыми. Они не имели ни чистого сердца, ни благородного христоподобного характера.

Законнической религии недостаточно для того, чтобы привести душу в гармонию с Богом. Суровая, строгая правоверность фарисеев, лишенная любви, нежности и сострадания, была лишь камнем преткновения для грешников. Фарисеи, книжники, законники были подобны соли, потерявшей силу, так как своим влиянием они не могли предохранить мир от разложения. Только истинная «вера, действующая любовью» (Гал. 5:6), в состоянии очистить душу. Она, как закваска, преображающая характер.

Все эти истины иудеи должны были бы почерпнуть из книг своих пророков. Еще за несколько сот лет до рождения Христа пророк Михей в следующих словах выразил стремление души к оправданию перед Богом: «С чем предстать мне пред Господом, преклониться пред Богом небесным? Предстать ли пред Ним со всесожжениями, с тельцами однолетними? Но можно ли угодить Господу тысячами овнов или неисчетными потоками елея? Разве дам Ему первенца моего за преступление мое и плод чрева моего — за грех души моей?» О, человек! сказано тебе, что — добро и чего требует от тебя Господь: действовать справедливо, любить дела милосердия и смиренномудренно ходить пред Богом твоим» (Мих. 6:6-8).

Пророк Осия следующими словами описывает сущность фарисейства: «Израиль — ветвистый виноград, умножает для себя плод» (Ос. 10:1). Иудеи, полагая, что служат Богу, в действительности служили самим себе. Их праведность была плодом стремления соблюсти закон в соответствии с их собственными представлениями и ради собственной же выгоды. Вполне естественно, что праведность иудеев не могла быть лучше их самих, и в своем стремлении освятить себя они пытались произвести чистое от нечистого. Закон так же свят и так же совершен, как Сам Господь. Он открывает людям праведность Божью, а так как природа человека развращена, испорчена и противоположна характеру Божьему, ему самому невозможно соблюсти закон. Дела эгоистичного сердца нечисты, «и вся праведность наша — как запачканная одежда» (Ис. 64:6).

Закон свят, так что иудеи, желая соблюсти его собственными силами, не могли достигнуть праведности. Ученики Иисуса, если они хотят войти в Царство Небесное, должны обрести иную праведность, нежели фарисеи. Господь предложил им в Сыне Своем совершенную праведность закона. Если бы фарисеи широко раскрыли свои сердца и приняли Христа, то в них обитала бы жизнь Самого Бога и Его любовь, преображая их по Его подобию. Таким образом, они могли бы получить требуемую законом праведность как безвозмездный дар Божий. Фарисеи же, «не разумея праведности Божией и усиливаясь поставить собственную праведность» (Рим. 10:3), не захотели покориться праведности Божьей.

Продолжая Свою речь, Иисус указал Своим слушателям, что сущность соблюдения заповедей Божьих заключается в воспроизведении в себе характера Христа, ибо в Нем ежедневно открывался Бог.

 

«Всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду» (Мф. 5:22).

Господь некогда сказал через Моисея: «Не враждуй на брата твоего в сердце твоем… Не мсти и не имей злобы на сынов народа твоего, но люби ближнего твоего, как самого себя» (Лев. 19:17, 18). Христос излагал те же истины, что и древние пророки; однако из-за черствости сердца и любви ко греху эти истины стали непонятными.

Слова Спасителя открыли Его слушателям, что, осуждая других как грешников, они сами были виновны в не меньшей степени, так как питали в сердце ненависть и злобу.

На противоположном берегу озера находилась страна Васанская, уединенная местность, с давних пор своими глухими ущельями и лесистыми холмами служившая убежищем для всякого рода преступников. Слухи о совершаемых там грабежах и убийствах были свежи в памяти каждого присутствовавшего, и многие рьяно осуждали злодеев. В то же самое время они сами были озлоблены и непримиримы, ибо питали жгучую ненависть к своим притеснителям римлянам и считали себя вправе ненавидеть и презирать все другие народы и даже своих соотечественников, не во всем согласных с их мнениями. Таким образом они нарушали заповедь, гласящую: «Не убивай».

Сатана был родоначальником духа ненависти и мести, побудившего его убить Сына Божьего. Всякий, кто питает в глубине души злобу или недобрые чувства, имеет тот же дух, и плодом его так же будет смерть. Уже в самой мысли о мести сокрыто злодеяние, подобно тому как зародыш сокрыт в семени растения. «Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца; а вы знаете, что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной, в нем пребывающей» (1 Ин. 3:15).

«Кто же скажет брату своему: «рака!» [пустой человек] подлежит синедриону». Отдав Сына Своего на смерть ради нашего спасения, Господь показал, как высоко Он ценит каждую душу, и поэтому никто не имеет права говорить о другом человеке с презрением. Конечно, мы видим ошибки и слабости ближних, но каждую душу Господь считает Своей собственностью — во-первых, по праву творения, а во-вторых, по праву пролитой крови Христа. Все люди созданы по Его образу, и даже самые деградировавшие заслуживают уважительного и нежного обращения. Господь спросит с нас за каждое презрительное слово, сказанное душе, за спасение которой Христос отдал Свою жизнь.

«Кто отличает тебя? Что ты имеешь, чего бы не получил? А если получил, что хвалишься, как будто не получил?» (1 Кор. 4:7). «Кто ты, осуждающий чужого раба? Пред своим Господом стоит он или падает» (Рим. 14:4).

«А кто скажет: „безумный“, подлежит геенне огненной». Слово, переведенное здесь как «безумный», в Ветхом Завете обыкновенно применялось к богоотступнику или к человеку, совершенно предавшемуся нечестию. Иисус говорит, что всякий, осуждающий своего брата как отступника и богопротивника, тем самым показывает, что он сам заслуживает такого осуждения.

Сам Христос, «когда говорил с диаволом, споря о Моисеевом теле, не смел произнести укоризненного суда» (Иуд. 9). Если бы Он сделал это, то поставил бы Себя на одну ступень с дьяволом, ибо обвинение есть орудие лукавого. Писание называет его клеветником братьев наших (см. Откр. 12:10). Иисус же не захотел действовать орудием сатаны, а потому возразил ему словами: «Да запретит тебе Господь» (Иуд. 9).

Поведение Спасителя должно стать для нас хорошим примером. Сталкиваясь с врагами Христа, мы не вправе вступать с ними в пререкания или говорить нечто, хотя бы отдаленно похожее на поношение и обвинение. Человек, выступающий как глашатай Божий, не вправе произносить слова, которые избегал Повелитель неба даже в споре с сатаной. Суд и вынесение приговора мы должны всецело предоставить Богу.

 

«Примирись с братом твоим» (Мф. 5:24).

Любовь Божья означает нечто большее, чем воздержание от определенных поступков; это жизнеутверждающий, действенный принцип, живой источник, всегда текущий для благословения людей. Когда любовь Христа поселится в нас, мы не только не будем испытывать ненависти к ближним, но будем всеми силами стараться проявить к ним свою любовь.

Иисус сказал: «Если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой». Жертва становилась выражением веры приносящего в то, что через Христа он становится причастником милости и любви Божьей. Но как можно, питая в глубине души недобрые чувства, выразить веру во всепрощающую любовь Божью? Это будет похоже на фарс!

Когда человек говорит, что служит Богу, а сам несправедливо поступает по отношению к брату или наносит ему ущерб, то тем самым он в ложном свете представляет этому брату характер Божий, и, дабы снова прийти в гармонию с Богом, ему необходимо признать свою неправоту и исповедовать свой грех. Даже если наш брат обидел нас сильнее, чем мы его, это нисколько не уменьшает нашей ответственности. Если, представ пред Богом, мы вспомним, что наш ближний имеет против нас нечто, мы должны оставить наш дар в виде молитвы, благодарения, добровольного приношения, и, разыскав брата, с которым мы в ссоре, смиренно исповедать свой грех и попросить у него прощения.

Если мы каким-либо образом причинили нашему брату ущерб, то обязаны возместить ему убытки; если мы без злого умысла произнесли ложное свидетельство, или исказили смысл его слов, или каким-то образом повредили его репутации, то должны пойти к тем людям, с которыми говорили об этом брате, и взять обратно все свои слова, послужившие ему во вред.

Если бы братья и сестры не говорили о своих разногласиях в присутствии посторонних, а откровенно обсуждали их только между собой в духе христианской любви, сколько зла было бы предотвращено! Сколько горьких корней, от которых многие осквернились, было бы уничтожено и как тесно и сердечно последователи Христа могли бы объединиться в Его любви!

 

«Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф. 5:28).

Иудеи гордились своей нравственностью и с отвращением смотрели на чувственность и распущенность язычников. Присутствие римских чиновников, осуществлявших в Палестине имперское правление, постоянно раздражало их, так как вместе с чужестранцами в страну проникали многочисленные языческие обычаи, похоть и разнузданность. Римские чиновники разгуливали по улицам Капернаума со своими нарядными любовницами, и нередко царившую над озером тишь нарушали разудалые голоса катающихся в прогулочных лодках, скользивших по спокойным водам. Народ надеялся услышать от Христа суровое осуждение такого рода людей, но как были они поражены, когда услышали слова, разоблачающие зло их собственных сердец!

Иисус говорит, что если человек пусть даже тайно лелеет и вынашивает нечестивые помыслы, то в сердце его господствует грех. Душа находится в узах нечестия и исполнена горькой желчью. Всякий, кто находит удовольствие в безнравственных зрелищах, кто допускает греховную мысль, похотливый взгляд, тот может увидеть в открытом грехе, с его бременем позора и душераздирающей скорби, истинную природу зла, сокрытого в тайниках его собственной души. Когда такой человек впадает в тяжкий грех в момент искушения, он всего лишь обнаруживает и делает явным то зло, которое до поры до времени скрывалось от глаз в глубине его души.

«Больше всего хранимого храни сердце твое, потому что из него источники жизни» (Притч. 4:23). «Каковы мысли в душе его, таков и он» (Притч. 23:7).

(Э. Уайт, Наглядная проповедь Христа, гл.3 ч.1).