В рубрике «Подражайте вере их» мы рассказываем о служителях Церкви адвентистов седьмого дня, которые верно служили Богу и людям, оставив яркий след в истории Церкви. Сегодня наш рассказ — о Давиде Давидовиче Гомере (1923–2025), который прошёл через репрессии, лагеря и гонения за веру, но сохранил верность Христу и на протяжении десятилетий трудился на ниве Божьей. Его судьба — вдохновляющее свидетельство мужества, стойкости и непоколебимого доверия Господу.
Часть I. Детство и отрочество
Давид Давидович Гомер родился 31 октября 1923 года в селе Орловка (ныне Ок-Добе) Таласской области Киргизии. Он был седьмым ребенком в многодетной семье Генриха Давида Гомера и Маргариты Филипповны Триппель. Семья принадлежала к немецким переселенцам и исповедовала христианство, являясь членами Церкви адвентистов седьмого дня.
До рождения Давида его родители пытались эмигрировать в США, однако из-за трагических обстоятельств были вынуждены вернуться в Киргизию. Во время пути в Персии (современный Иран) умерла их старшая дочь. После возвращения семья вновь обустроилась в Орловке. Благодаря помощи деда семья восстановила хозяйство. До начала коллективизации родители владели землей, лошадьми, коровами и большим стадом овец, что обеспечивало высокий уровень жизни.
Детство Давида прошло в достатке. В семье работали наемные работники и служанки. С раннего возраста он помогал по хозяйству, наблюдал за сельским трудом и жизнью большой семьи. Воспоминания о раннем детстве связаны с родственниками, домашним хозяйством, традициями немецкой общины и религиозным воспитанием.
В 1929 году началась коллективизация. Семья Гомеров была признана кулацкой. Все хозяйство было конфисковано. У семьи изъяли землю, скот, имущество, а затем обязали выплачивать непосильные натуральные налоги мясом и шерстью. Несмотря на то, что имущество уже было конфисковано, власти продолжали предъявлять новые требования. Эти события привели семью к полному разорению.
После раскулачивания семья была вынуждена покинуть Орловку и переехать в город Джамбул. Там отец Давида подвергался постоянному контролю со стороны органов государственной безопасности, неоднократно вызывался на допросы и испытывал серьезное психологическое давление. Заболев брюшным тифом, он долго восстанавливался. Из-за невозможности официально устроиться на работу был вынужден заниматься мелкой торговлей, чтобы прокормить семью. Постоянные преследования отрицательно сказались на его здоровье.
Опасаясь ареста, семья вновь покинула место жительства и переехала в Оренбург, где прожила около семи месяцев. Именно там Давид пережил голод 1933 года. Семья существовала за счет хлебных карточек и случайных заработков. После отмены карточек отец покупал хлеб на черном рынке по очень высоким ценам. Семья испытывала постоянную нехватку пищи. В условиях голода распространялись болезни и антисанитария. Возвращение стало возможным только после того, как родственники приехали за семьей и убедили отца вернуться в Киргизию.
Весной 1934 года семья снова поселилась недалеко от Орловки. После организации колхоза родственники помогали им продуктами и работой. Давид вместе с матерью и братом работал на табачных плантациях, помогая заготавливать урожай.
Осенью 1934 года отец Давида умер после тяжелой болезни, вызванной перенесенным тифом и многолетними преследованиями. После его смерти мать одна воспитывала пятерых детей. Она вступила в колхоз, благодаря чему семье вернули прежний дом. Работала сначала на табачных плантациях, затем швеей. Несмотря на тяжелые условия жизни, продолжала активно участвовать в религиозной жизни общины адвентистов седьмого дня.
Школьное образование Давид начал в Джамбуле, однако из-за постоянных переездов обучение прерывалось. Первый класс он окончил уже после возвращения в Орловку. Учился успешно, неоднократно получал похвальные грамоты за отличную учебу. После пятого класса продолжал хорошо учиться, хотя одновременно был вынужден много работать, помогая семье.
Помимо учебы Давид постоянно занимался тяжелым физическим трудом. Он заготавливал топливо, собирал кизяк, хворост и стерню, помогал на полевых работах, ухаживал за домашним скотом. Во время школьных каникул работал на табачных полях, заменяя заболевшую мать. В зимнее время вместе с другими подростками добывал топливо для отопления дома.
В 1939 году старший брат Генрих женился и вскоре был призван в Красную армию. В этом же году мать Давида вышла замуж повторно за Отто Людвиговича Рихтера, также принадлежавшего к адвентистской общине. После этого Давид некоторое время продолжал жить в родительском доме, а затем переехал к старшему брату Эдгару.
Во время учебы в старших классах Давид начал работать учетчиком и весовщиком в колхозе. За свою работу ему начисляли оплату зерном, однако заработанное он так и не получил. После окончания семилетней школы в 1940 году продолжил работать в сельском хозяйстве.
В юности Давид проявлял интерес к чтению, хорошо учился и пользовался уважением учителей. Несмотря на тяжелые жизненные обстоятельства, он сумел получить образование, сохранить трудолюбие и религиозные убеждения, полученные в семье.
Детские и юношеские годы Давида Гомера пришлись на один из самых тяжелых периодов истории СССР. Он пережил коллективизацию, раскулачивание, голод, постоянные переезды, смерть отца, тяжелый физический труд и бедность. Эти события оказали большое влияние на формирование его характера и мировоззрения. Позднее именно они легли в основу его воспоминаний, посвященных жизни семьи, немецкой общины и судьбе людей в годы советских преобразований.
Трудовая армия, арест и первые лагеря
В 1942 году Давид Гомер, как и тысячи советских немцев, был мобилизован в трудовую армию. Его направили на строительство Челябинского металлургического завода. Трудармейцы выполняли тяжелые земляные и строительные работы, жили в бараках, испытывали постоянный голод, холод и нехватку одежды. Многие заболевали и умирали от истощения.
Несмотря на тяжелые условия, Давид сохранял надежду и веру в Бога. Он видел, что во многих опасных ситуациях его жизнь сохранялась, тогда как рядом ежедневно умирали люди. Поддержкой служили письма и редкие посылки от матери, хотя они доходили не всегда и часто с большим опозданием.
В трудармии начались аресты среди немцев. В 1943 году Давида также арестовали по обвинению в создании антисоветской организации. Вместе с ним были задержаны жители родной Орловки. Во время следствия заключенных подвергали длительным допросам, добиваясь признательных показаний. Давид не признавал предъявленных обвинений, однако после продолжительного давления был вынужден подписать составленный следователем протокол.
Особое совещание приговорило его и других обвиняемых к десяти годам исправительно-трудовых лагерей по статье 58 УК СССР. Для Давида этот приговор означал начало нового тяжелого этапа жизни. Несмотря на неопределенность будущего, он продолжал обращаться к Богу с молитвой, прося сил перенести предстоящие испытания.
В начале 1944 года осужденных этапировали на Север. Заключенных перевозили в переполненных товарных вагонах. Питание состояло из небольшого количества хлеба, кипятка и редких порций рыбы. Во время пути уголовные заключенные отбирали у политических часть продуктов, а охрана практически не вмешивалась. Многие заболевали и умирали еще в дороге.
Из-за сильного истощения Давид едва не погиб во время этапа. В Котласе специальная комиссия признала его неспособным продолжать путь и направила в пересыльный лагерь. Это решение спасло ему жизнь, поскольку многие, оставшиеся в эшелоне, умерли по дороге на Север.
В Котласе условия оставались крайне тяжелыми. Заключенные жили в переполненных бараках, страдали от голода, холода, болезней и тяжелого труда. Давид быстро потерял силы и оказался на грани полного истощения. Однако благодаря своевременной помощи лагерных врачей его перевели в специальный барак для ослабевших заключенных, где он получил усиленное питание и возможность восстановиться. За время лечения его состояние заметно улучшилось, что позволило избежать смерти и вернуться к работе.
После выздоровления Давид был переведен в новый лагерь, где продолжил отбывать наказание. Испытания только начинались, однако пережитые события укрепили его убеждение, что Бог не оставляет человека даже в самых тяжелых обстоятельствах. Сохраненная жизнь стала для него свидетельством Божьей заботы и придала силы переносить последующие годы заключения.
Божье водительство в лагерях
После восстановления здоровья Давида направили на строительство железной дороги в системе северных лагерей. Заключенные вручную расчищали трассу, валили лес, осушали болота и укладывали насыпь. Работать приходилось в любую погоду, часто при сильных морозах, с недостаточным питанием и постоянным физическим истощением. Многие не выдерживали тяжелых условий и погибали.
Из-за ежедневной борьбы за выживание у Давида возникло желание помолиться Богу особой молитвой. Однажды он попросил Бога дать ему возможность встретить христианина, который помог бы ему укрепить веру в Спасителя. Вскоре после этой молитвы произошла встреча, которую Давид считал ответом Бога. Проснувшись утром, он обнаружил рядом с собой на нарах заключенного. Им был только что этапированный из Риги, осужденный за веру адвентист Викентий Войшвилло. Они стали общаться.
Общение с Викентием стало для Давида большим духовным укреплением. В условиях постоянного контроля, тяжелого труда и опасности наказания совместные молитвы помогали сохранять внутренний мир, надежду и уверенность в Божьем присутствии.
Викентий Войшвилло рассказывал Давиду о Боге, объяснял основы христианской веры и своим примером показывал верность убеждениям. Несмотря на лагерный режим, он соблюдал субботу. За отказ работать в этот день его помещали в изолятор, однако лагерный врач, считая его слишком слабым для такого наказания, не подписывал соответствующие распоряжения. Со временем администрация перестала применять к нему эту меру взыскания.
Эта встреча стала поворотным моментом в жизни Давида. Он пришел к убеждению, что Бог услышал его молитву и руководит событиями человеческой жизни. Позднее он вспоминал, что среди миллионов заключенных Викентий Войшвилло оказался именно в их лагере, в их бараке и на соседних нарах примерно через десять дней после его молитвы.
Спустя десятилетия Давид стремился узнать дальнейшую судьбу своего наставника. Через сына Виктора он получил сведения от людей, знавших семью Войшвилло. Позже на евангельской программе в Москве неожиданно состоялась встреча с пастором Ариньшем, супруга которого оказалась внучкой Викентия Войшвилло. Давид воспринял и эту встречу как еще одно свидетельство Божьего водительства.
Во время работы и этапов Давид неоднократно переживал обстоятельства, которые воспринимал как Божье водительство. В опасных ситуациях ему удавалось избежать тяжелых последствий, а своевременная помощь приходила тогда, когда человеческой надежды почти не оставалось. Иногда нужные люди появлялись неожиданно, порой изменялись решения лагерного начальства, а иногда помощь приходила через совершенно незнакомых заключенных. Эти события укрепляли его убеждение, что Бог руководит его жизнью даже в условиях заключения.
Во время одной из работ Давид оказался среди заключенных, которым поручили особенно тяжелый участок строительства. Из-за переутомления многие заболевали и больше не возвращались к работе. Однако каждый раз, когда его силы были на исходе, появлялась возможность получить медицинскую помощь, временный перевод на более легкую работу или дополнительное питание.
Тайшет. Озерлаг. Строительство «Победы»
Осенью 1947 года Давида вместе с группой заключенных направили в командировку на небольшую железнодорожную станцию для строительства колодца, предназначенного для снабжения паровозов водой. В течение трех месяцев заключенные вручную копали колодец диаметром четыре метра. Работать приходилось под постоянным потоком ледяной воды, откачивая ее насосами и постепенно опуская бетонные кольца. По воскресеньям охрана иногда разрешала небольшими группами выходить в лес собирать клюкву и чернику, что помогало заключенным поддерживать силы.
После возвращения из командировки Давид продолжил строительство дамбы. Летом 1948 года он стал свидетелем попытки побега восьми заключенных. Один из них обезоружил конвоира, после чего группа скрылась в лесу. Всех беглецов задержали в тот же день. На следующее утро их привели в лагерь как предупреждение остальным заключенным. После жестокого наказания им увеличили сроки заключения.
В декабре 1948 года всех осужденных по 58-й статье этапировали на станцию Ижма. Здесь Давид участвовал в строительстве одноэтажных деревянных домов, вручную обрабатывая бревна топором и рубанком. В лагере он познакомился с заключенным-боксером по фамилии Пинт, который однажды быстро прекратил драку между двумя заключенными.
Вскоре заключенных вновь подготовили к этапу. После тщательного обыска их погрузили в товарные вагоны и отправили дальше. В течение восемнадцати суток они находились в переполненных вагонах, ежедневно получая небольшой кусок хлеба, кипяток и иногда рыбу. На каждой станции проводились проверки и пересчет заключенных.
В конце января 1949 года Давид прибыл в Тайшет Иркутской области, в Озерлаг — лагерь особого режима для политических заключенных. Сначала заключенные построили вокруг лагеря новое ограждение с несколькими рядами колючей проволоки, сторожевыми вышками и запретной зоной. Затем они возвели жилые бараки. Каждому заключенному присвоили личный номер, который необходимо было постоянно носить на одежде. Давид получил номер Н-729.
В Озерлаге действовал строгий режим. Заключенных неоднократно пересчитывали, досматривали и под усиленной охраной доставляли к месту работы. За любое нарушение режима конвой имел право применять оружие. Давида определили в строительную бригаду, которая возводила производственные корпуса и административные здания Центрального авторемонтно-механического завода (ЦАРМЗ). Все работы выполнялись силами заключенных.
В 1950 году бригаду направили на строительство кинотеатра «Победа» в Тайшете. Сначала Давид работал подсобным рабочим, затем изготавливал элементы для перекрытий и колонн, а также научился разрубать железнодорожные рельсы по заданным размерам.
Прорабом строительства был Василий Васильевич Молочанинов — военный инженер-конструктор, осужденный на двадцать пять лет особого режима за положительный отзыв об американской технике. Постепенно между ним и Давидом сложились дружеские отношения. Когда Давиду поручили раздавать обед, он стал приносить порцию прорабу в его комнату. Узнав, что тот часто оставался без хлеба, Давид начал делиться с ним своим пайком, который получал дополнительно за уборку парикмахерской. Позже, когда Молочанинова перевели в проектный отдел, он, в свою очередь, делился с Давидом хлебом, который приносили вольнонаемные сотрудники.
Молочанинов тяжело переживал разлуку с семьей и судьбу своей матери. Однажды он передал Давиду письмо с просьбой отправить его в Верховный Суд СССР. Письмо было перехвачено. За отказ отозвать свои обращения Молочанинова дважды помещали в карцер. После второго наказания его психическое состояние резко ухудшилось. Позднее он попытался пройти через запретную зону, был задержан и отправлен в больницу. Давид больше его не видел.
После завершения строительства кинотеатра в районной газете появилась статья, в которой сообщалось, что здание построено силами комсомольцев Тайшетского района. Давид отмечал, что фактически все основные строительные работы выполняли политические заключенные Озерлага.
Последние годы заключения и освобождение
После завершения строительства кинотеатра «Колос» Давида перевели на ремонт и строительство корпусов военного госпиталя. Работая на объекте, заключенные соприкасались с гражданскими, что иногда позволяло нелегально передавать письма родным. Давид также воспользовался такой возможностью, однако из-за ошибки сестры его письмо привлекло внимание органов безопасности, что привело к новым проверкам и допросам.
Позднее Давида перевели на отделочные работы. Он освоил изготовление сложных штукатурных карнизов и декоративных элементов. Благодаря приобретенному опыту успешно выполнял наиболее трудные участки работы и пользовался доверием бригадира.
Во время работы произошел случай с заключенным Шадриным. После конфликта с начальником конвоя возникла реальная угроза расправы. В решающий момент рядом оказался гражданский прораб, к которому Шадрин успел обратиться с просьбой стать свидетелем. После этого расправа не состоялась. Давид расценивал этот случай как спасение человеческой жизни.
В 1950 году в Тайшетский лагерь стали поступать осужденные артисты, музыканты и певцы. Среди них была заслуженная артистка РСФСР Лидия Русланова. Заключенные организовывали концерты, которые поддерживали людей в тяжелых лагерных условиях.
После смерти И. В. Сталина в лагере начали ожидать перемен. В сентябре 1953 года Давида вызвали к начальству и объявили об освобождении. После проверки вещей его вместе с другими освобождаемыми отправили в пересыльный лагерь, затем — в Красноярск. Там он некоторое время находился в пересыльной тюрьме, где встретил немецких заключенных из ГДР. На имевшиеся деньги он приобрел у одного из них осеннее пальто.
После оформления необходимых документов Давид получил возможность вернуться к мирной жизни. Многолетнее заключение закончилось. За годы трудармии и лагерей он пережил голод, тяжелый труд, болезни, этапы, многочисленные испытания и встречи с людьми, оказавшими большое влияние на его жизнь. Все пережитое укрепило его убеждение, что Бог хранил его и вел через самые тяжелые обстоятельства до самого дня освобождения.
Часть II. На свободе
Обращение Давида и Ирмы
После освобождения Давида направили на вечное поселение в Миндерлинский совхоз Красноярского края. Он работал на лесозаготовках, жил в тяжелых бытовых условиях и поддерживал связь с родственниками. Брат Эдгар помог ему деньгами, что позволило приобрести необходимое и пережить первые месяцы после освобождения. Позднее Давид был официально реабилитирован: во время повторного расследования свидетели отказались от прежних показаний, после чего ему вручили справку о реабилитации.
В это время Давид познакомился с Ирмой. Она была активной прихожанкой церкви евангельских христиан баптистов и приглашала его на богослужения. Хотя Давид соглашался приходить, он внимательно сравнивал услышанное с Библией и не принимал ничего без личного убеждения.
Во время одного из собраний проповедник прочитал слова из Первого послания Иоанна о том, что человек, говорящий, что знает Бога, но не соблюдающий Его заповедей, является лжецом. Эти слова особенно запомнились Давиду. Возвращаясь домой, Ирма ожидала услышать его впечатления о проповеди. Давид ответил, что проповедник очень точно охарактеризовал ее, потому что она не соблюдает четвертую заповедь о субботе. Между ними состоялся откровенный разговор о Божьих заповедях и причинах их соблюдения.
На следующем богослужении Ирма рассказала о разговоре с Давидом своим друзьям. После этого она сама начала серьезно размышлять над вопросом соблюдения заповедей. Если раньше она была уверена, что после прихода Христа соблюдать их уже не нужно, то теперь стала внимательно исследовать этот вопрос и искать ответ в Священном Писании.
Вскоре Ирме приснился сон. Она увидела свой молитвенный дом недостроенным: стены были без штукатурки. Сон произвел на нее сильное впечатление. Желая убедиться, что это не случайность, она попросила Бога еще раз открыть ей истину. Через некоторое время ей приснился второй сон, в котором собрание проходило в темной комнате при тусклом свете маленькой лампы. После этих переживаний Ирма пришла к убеждению, что Бог отвечает на ее молитву и показывает необходимость глубже исследовать Его Слово.
После этого Давид и Ирма начали посещать собрания адвентистов седьмого дня в Орловке. В течение нескольких месяцев они изучали Библию и основы веры. 14 июня 1958 года оба заключили завет с Господом через крещение. Для Ирмы это было второе крещение, которое по дате совпало с первым. С этого времени супруги вместе строили свою семейную жизнь на основании библейских принципов.
21 марта 1954 года Давид и Ирма вступили в брак. Свадьба прошла без употребления алкоголя и стала первой христианской свадьбой такого рода в селе. Сестра Вебер прочитала молодым наставление из Священного Писания. После свадьбы супруги начали совместную жизнь, последовательно сохраняя верность своим христианским убеждениям.
Тернистый путь. История Церкви
Церковь христиан адвентистов седьмого дня в Орловке была основана в 1905 году. Первым пресвитером общины стал Филипп Филиппович Триппель — дед Давида Гомера по материнской линии. В начале 1920-х годов община насчитывала около 100 членов, ее посещали руководители Церкви, в том числе Генрих Иванович Лебсак. Филипп Триппель был делегатом V Всесоюзного съезда адвентистов, проходившего в Москве в 1924 году.
В середине 1930-х годов начались массовые гонения на верующих. В 1935 году был разрушен молитвенный дом в Орловке. Многие члены общины подверглись репрессиям. Брат матери Давида, Филипп Триппель, погиб в районной тюрьме Ленинполя. Другой ее брат, Генрих Триппель, несмотря на успешную работу председателем колхоза «Коминтерн», в 1937 году был арестован как «враг народа» и 19 марта 1938 года расстрелян во Фрунзе. Перед арестом он сказал жене: «Не плачь, Мария! Если я не заслужил ничего лучшего здесь, на земле, то надеюсь у Господа получить в награду вечность». Его жена Мария-Катерина также была арестована и умерла в лагере на восьмом году заключения.
В 1934 году были арестованы руководители Орловской общины Генрих Коль, Иоганн Отт, Гергард Герцен и Эдуард Гирш. Поводом послужило получение гуманитарной помощи от единоверцев из Германии во время голода. Их обвинили в шпионаже в пользу иностранного государства. Во время этапирования через Орловку родственникам разрешили на пятнадцать минут встретиться с осужденными и накормить их. После этого почти вся община проводила братьев за пределы села. Никто из них больше не вернулся.
Среди провожавших был и тринадцатилетний Давид. На обратном пути он нашел мешочек с 270 рублями, который потерял пресвитер общины Гергард Герцен. Деньги были предназначены ему женой на дорогу. Мать Давида разыскала хозяйку и вернула находку. Позднее Давид пришел к убеждению, что Господь допустил потерю этих денег, чтобы сохранить их семье, поскольку сам Герцен воспользоваться ими уже не смог.
Гергард Герцен сыграл важную роль в развитии Орловской церкви. При его служении был построен новый молитвенный дом, а численность общины значительно увеличилась. Его потомки продолжили служение Церкви: сын Теодор стал известным художником и руководителем хозяйства, внук Рувим позднее совершал служение пресвитера в одной из адвентистских церквей Германии.
После смерти И. В. Сталина оставшиеся в живых верующие начали восстанавливать церковную жизнь. В Орловке совершали служение Казимир Андреевич Короленко и Яков Генрихович Шнайдер. Возникли новые общины в Таласе и Калинине. Однако в годы правления Н. С. Хрущева началась новая волна преследований. Служителей вызывали на допросы, устраивали общественные суды, закрывали молитвенные дома, а богослужения приходилось проводить по домам небольшими группами.
В 1958 году был осужден на десять лет проповедник Казимир Короленко. Первые три года заключения он провел в Тайшете, затем был переведен в Мордовию. В 1960 году к шести годам лишения свободы был приговорен пресвитер Яков Шнайдер. Во время следствия против него использовались пропагандистские киножурналы, искажавшие деятельность Церкви. На допросы вызывали и молодых членов общины.
За соблюдение субботы был осужден также Рудольф Отт. После ареста Якова Шнайдера Орловская община на два года осталась без пресвитера, молитвенный дом закрыли, а верующие вновь собирались тайно по домам. Для совершения Вечери Господней приезжали пожилые проповедники Яков Лоренц и Эдуард Ребейн, несмотря на постоянный надзор со стороны милиции и органов государственной безопасности.
Несмотря на многолетние гонения, аресты и закрытие молитвенных домов, Церковь в Орловке продолжала существовать. Давид видел в этом проявление Божьего попечения о Своем народе и свидетельство того, что никакие преследования не смогли уничтожить общину верующих.
Тернистый путь. Избрание на церковное служение
В 1962 году региональные служители предложили Орловской общине избрать пресвитера из числа местных братьев. На членском собрании был избран церковный совет. Когда встал вопрос о руководителе общины, многие отказались из-за опасности преследований. Давид согласился принять служение, понимая, что это может привести к новым гонениям и даже заключению. Опыт, приобретенный в лагерях, избавил его от страха, но он переживал за сохранение Божьего дела и возможность беспрепятственной проповеди Евангелия.
Вскоре после избрания председатель колхоза Василий Чемерисов потребовал, чтобы верующие вышли на работу в субботу. Давид передал его просьбу членам церкви, однако сам и другие верующие отказались нарушить четвертую заповедь. Несмотря на различие убеждений, председатель уважал добросовестный труд христиан и нередко старался освобождать их от работы до наступления субботы.
Совсем иначе действовали представители идеологических органов. Давида регулярно вызывали в органы власти, запрещали проводить богослужения, требовали выходить на работу в субботу и угрожали наказанием. Давление усилилось после того, как в 1964 году его дочь Фрида перестала посещать школу по субботам.
Решение соблюдать субботу Фрида приняла после рассказа отца о верующих, переселившихся в колхоз имени Калинина ради возможности свободно соблюдать Божью заповедь. Мать предупредила дочь, что это может привести к новому аресту отца, однако Фрида ответила, что хочет быть верной Господу и доверяет Ему исход событий. После этого власти усилили давление на Давида, неоднократно вызывая его на допросы, угрожая лишением родительских прав и новым заключением. Одновременно детей в школе предупреждали, что их отец может снова оказаться в тюрьме.
В школах и клубах проводились антирелигиозные мероприятия, целью которых было высмеивание библейских чудес и христианской веры. Фриду принудительно привели на одно из таких представлений. Спустя годы преподаватель, сопровождавший ее тогда, попросил у нее прощения.
Власти организовывали и публичные лекции против религии. На одной из них учитель Николай Герцен спросил лектора: «Как можно бороться против ничего?» Ответа на этот вопрос не последовало.
Позднее Давида, Адама Вульфа, Романа Бухгамера и Фридриха Циглера вызвали на общественный суд. Перед этим руководители трех общин объявили пост и молитву, после чего Давид и Адам Вульф обратились к прокурору с просьбой рассматривать их дела по месту жительства. Получив отказ, они обратились к председателю райисполкома, который удовлетворил их просьбу. В результате общественный суд проходил только над Бухгамером и Циглером. Несмотря на ложные свидетельства против них, никаких наказаний вынесено не было.
Давида неоднократно вызывали вместе с детьми в сельсовет. Руководители местных органов власти требовали, чтобы дети посещали школу по субботам, насмехались над верой и отрицали существование Бога. Давид предупреждал их не хулить Господа. Впоследствии председатель сельсовета лишился своей должности, а директор школы вскоре попал в тяжелую дорожную аварию, в которой погибла его сестра, а сам он получил серьезные травмы и больше не смог руководить школой.
Похожий случай произошел с инженером гидроэлектростанции, который также насмехался над Богом. На следующий день после своих слов он получил тяжелый удар электрическим током во время работы на подстанции и остался жив только благодаря своевременной помощи окружающих. После этого он больше не насмехался над верой.
Все эти события Давид воспринимал как свидетельство того, что, несмотря на постоянные преследования, Господь поддерживал Свою Церковь, укреплял верующих в верности Его заповедям и заботился о Своем народе.
Путешествуя по местам Полевого Совета
Став служителем Церкви, Давид Давидович начал регулярно совершать поездки по общинам Средней Азии и Казахстана. Во время первой поездки, забыв адрес регионального проповедника, он полностью доверился Божьему руководству. Неожиданная встреча с двумя верующими сестрами привела его именно туда, где в тот момент находился нужный ему служитель. Этот случай навсегда укрепил его уверенность в Божьем водительстве.
В годы гонений церковная литература печаталась подпольно и тайно распространялась по общинам. Во время одной из таких поездок Давид Давидович по неосторожности оставил в автобусе портфель с библейскими пособиями и записной книжкой. Находка попала в руки сотрудников госбезопасности, однако благодаря мудрости церковных руководителей удалось избежать серьезных последствий.
В начале 1963 года на тайной встрече служителей в городе Чу Давид Давидович был рукоположен в сан пресвитера, а в 1968 году — в сан проповедника. В это же время активно действовал Полевой Совет, который координировал служение адвентистских общин Средней Азии, Казахстана и Закавказья. Несмотря на постоянный государственный контроль, ограничения и вмешательство властей в жизнь Церкви, служители продолжали укреплять общины, проводить богослужения и распространять духовную литературу, оставаясь верными своему призванию.
Эльза
В Орловке в семье Давида Давидовича и Ирмы Теодоровны родились еще трое детей: Павел, Мина и Виктор. Старшая дочь Эльза была доброй, жизнерадостной и очень способной девочкой. В феврале 1967 года она случайно сильно ударилась головой о низкий дверной косяк. В сельской больнице врачи решили, что это обычный ушиб, однако опухоль не проходила. Через несколько дней состояние Эльзы резко ухудшилось: поднялась высокая температура, появились боли в голове и горле. Утром 18 февраля, несмотря на все надежды родных, она скоропостижно скончалась.
Для семьи Гомер это стало тяжелейшим испытанием. Особенно тяжело переживали утрату дети, которые долго не могли привыкнуть к отсутствию любимой сестры. Позже выяснилось, что удар вызвал трещину лобной кости и последующее заражение. Родные не стали обвинять врачей, понимая, что человеческие возможности ограничены. Утешение находили в вере, доверяя жизнь и смерть Богу, Который знает судьбу каждого человека.
Со временем Господь даровал нам утешение: в семье родились еще двое детей — Генрих и Элла. Однако испытания не закончились. Давление со стороны советских властей усиливалось. Давида обвиняли в религиозной деятельности, угрожали судом и даже лишением родительских прав. Отказавшись подписывать ложные обвинения, он понял, что дальнейшее пребывание в Орловке становится опасным.
В 1971 году семья Давида была вынуждена переехать в Джамбул (Казахстан), чтобы избежать нового уголовного преследования. Это решение подтвердилось и предупреждениями знакомых, и внутренним убеждением, которое укрепил необычный сон, воспринятый Давидом как Божье предостережение.
Несмотря на постоянное давление властей, Церковь продолжала расти. Гонения не ослабляли верующих, а, напротив, укрепляли их веру и способствовали развитию общин. К моменту последующего переезда Давида Давидовича в Караганду число членов Таласского объединения значительно увеличилось, что стало свидетельством того, что Божье дело продолжало развиваться даже в самых трудных условиях.
Василий Андреевич
История церкви в Джамбуле, как и судьбы многих верующих того времени, была связана с преследованиями и испытаниями. Среди тех, кто прошёл через гонения, был Василий Андреевич Бухгаммер.
В 1941 году его вместе с семьёй депортировали из Поволжья в Джамбульскую область. Его отец был служителем церкви, поэтому вера стала для Василия частью всей жизни. Во время войны он оказался в трудовой армии в Челябинской области, где трудился на тяжёлых работах.
В Коркино начала формироваться община адвентистов. Верующие собирались тайно, но в 1952 году власти обнаружили общину. Большинство мужчин были арестованы. Василию Бухгаммеру предъявили обвинения в антигосударственной деятельности и приговорили к 25 годам заключения.
Его дочь Катя вспоминала, как в дом неожиданно пришли сотрудники милиции и устроили обыск. Отец был арестован прямо на глазах семьи. Несмотря на поиски, многие духовные книги удалось сохранить благодаря смелости детей.
После суда Василия отправили в Воркуту, в угольную шахту. Семья осталась без него. Жена Мария с детьми вернулась в Джамбульскую область и жила надеждой на его возвращение. Каждое письмо из лагеря становилось для них большой радостью и поддержкой.
После смерти Сталина началась амнистия политических заключённых. Василий сообщил семье о своём освобождении. Все готовились к долгожданной встрече.
Летом 1955 года он наконец вернулся домой. Только тогда семья узнала причину изменившегося почерка: во время работы в шахте он получил тяжёлую травму и потерял правую руку.
Несмотря на пережитые страдания, Василий сохранил веру и любовь к Богу.
Джамбул
Перед переездом в Джамбул Давид Давидович со своей супругой сначала пытались устроиться в селе Луговом Джамбульской области. Однако, несмотря на трехдневные поиски, жилье найти не удалось. Вернувшись поздно вечером в Джамбул, они остановились у брата Павла Арнольдовича Ребейна. Тот предложил им не уезжать в Луговое, а поселиться рядом с ним, где продавались дома. Вскоре они нашли подходящий вариант и приобрели дом за 3900 рублей.
Весной 1971 года, вскоре после переезда, семья пережила сильное землетрясение. Многие дома получили повреждения, а церковным заботам добавился ремонт собственного жилья. В те годы служители церкви не могли полностью посвятить себя духовной работе, так как власти требовали официального трудоустройства. Поэтому Давид Давидович вместе с женой работал дворником. Такой труд позволял иметь свободное время для служения Богу. Их день начинался ранним утром: они пешком добирались до работы, убирали городские территории, а после занимались церковными обязанностями.
В Джамбуле Давид Давидович столкнулся и с вниманием государственных органов. Один молодой человек, оказавшийся сотрудником госбезопасности, пытался склонить его к сотрудничеству и получить информацию о церковной жизни. Давид Давидович отказался отвечать на подобные вопросы. Позже этот человек попытался оказать давление, сообщив жене Давида Давидовича, будто на его рабочем участке произошло преступление. Проверив сведения, Давид Давидович понял, что это была провокация, и прямо заявил о нежелании продолжать подобные встречи. После этого интерес со стороны спецслужб к нему надолго прекратился.
Несмотря на отсутствие открытых гонений, церковь находилась под постоянным контролем. Представители властей посещали богослужения, следили за деятельностью общины и требовали согласовывать многие вопросы. Особенно трудно было семьям, чьи дети соблюдали субботу. Дети Давида Давидовича — Павел, Виктор и Генрих — не посещали школу в этот день, из-за чего родителей неоднократно вызывали в исполком и угрожали лишением родительских прав. Однажды Давида Давидовича оштрафовали на 60 рублей — почти на весь его месячный заработок. Но Господь сохранил семью, и эти угрозы так и не осуществились.
В Джамбуле Давид Давидович служил вместе с братьями Владимиром Луценко, Павлом Ребейном, а позже и Андреем Шмидтом, переехавшим из Джалал-Абада. Несмотря на трудности, церковная работа продолжалась, а община укреплялась.
Особенной радостью для семьи стала свадьба старшей дочери Фриды с Иосифом 21 сентября 1975 года. На христианское торжество собрались около пятисот человек. Даже соседи удивлялись, что на таком большом празднике не было ни пьянства, ни конфликтов.
Годы служения в Джамбуле были непростыми, но Давид Давидович и его семья постоянно ощущали Божью поддержку. Встречи служителей церкви приносили вдохновение, укрепляли веру и давали возможность видеть, как Бог действует в разных местах. Несмотря на давление и ограничения, они продолжали трудиться, сохраняя уверенность, что Господь ведет их путь.
Караганда. Испытание на зрелость
В 1977 году по решению руководства Церкви Давид Давидович был переведен из Джамбула в Караганду и назначен ответственным проповедником Северо-Казахстанского объединения. В него входили общины нескольких областей Казахстана. Карагандинская церковь была одной из самых деятельных: здесь служили опытные проповедники, существовал большой молодежный хор и детский музыкальный ансамбль. Вместе с духовными благословениями продолжалось и постоянное давление со стороны советских властей, которые стремились контролировать даже порядок проведения богослужений.
Чтобы содержать семью, Давид Давидович работал садовником в городской больнице. Руководство относилось к Давиду Давидовичу с большим уважением. Заместитель главного врача Юрий Григорьевич Иоффе хорошо знал о его церковном служении, доверял мне и никогда не создавал препятствий для исполнения обязанностей пастора и своим отношением разрушал распространенные стереотипы о верующих.
В 1979 году старший сын Павел был призван в Советскую армию. Как и многие верующие того времени, он оказался в строительном батальоне. Самым серьезным испытанием для него стало принятие военной присяги. Руководство части убеждало его отказаться от своих религиозных принципов, обещая различные привилегии, однако Павел остался верен своим убеждениям и отказался приносить присягу в ее существовавшей форме.
После этого он подвергался давлению со стороны командиров, лишался отдельных элементов военной формы и неоднократно объяснял офицерам причины своего решения. Постепенно его искренность, последовательность и спокойное поведение вызвали уважение даже среди сослуживцев и командиров. Со временем к его убеждениям стали относиться с пониманием, а товарищи помогали ему соблюдать принципы веры, в том числе в вопросах питания.
Подобно пророку Даниилу, который сохранил верность Богу в Вавилоне, Павел выдержал свое испытание и приобрел уважение окружающих. Эти события стали еще одним свидетельством того, что истинная вера проверяется не в спокойные времена, а в дни испытаний.
Господь спас
В 1979 году, вскоре после призыва старшего сына Павла в армию, семью постигло новое тяжелое испытание. Двенадцатилетний Виктор, катаясь на велосипеде с младшей сестрой Эллой, попал в аварию. После падения он жаловался на сильную боль в животе и головокружение.
Отец сразу отвез сына в больницу. После нескольких осмотров врачи приняли решение срочно доставить его в областную детскую больницу. Во время операции выяснилось, что у Виктора была полностью раздроблена селезенка и сильное внутреннее кровотечение. Благодаря своевременной помощи хирургов его жизнь удалось спасти.
Врач позже сказала родителям, что сына спасло сразу несколько счастливых обстоятельств: быстрое обращение за медицинской помощью и присутствие в праздничный день опытного хирурга. Давид воспринял это не как случайность, а как проявление Божьей милости.
Пережив ранее смерть дочери Эльзы, семья особенно остро осознавала ценность спасенной жизни. Давид размышляет, что Господь один знает, почему допускает испытания и почему одного ребенка забирает, а другого сохраняет. Эти события еще больше укрепили его веру и надежду на будущую встречу с Господом и всеми спасенными в вечности.
Опять Сибирь
В 1980 году Давида избрали казначеем по Казахстану, но вскоре ему предложили переехать на служение в Западную Сибирь. Повинуясь церковному призванию, он вместе с семьей переселился в село Большой Атмас Омской области, где они приобрели скромный дом и начали новую жизнь.
Сразу после переезда семья столкнулась с давлением местных властей. Детей вызывали из-за отказа носить пионерские галстуки и посещать школу по субботам. Давида неоднократно приглашали в сельсовет, где требовали отказаться от религиозных убеждений, угрожали уголовной ответственностью и лишением родительских прав.
Во время одного из собраний Давид объяснил свою позицию, ссылаясь на Конституцию СССР, которая гарантировала свободу вероисповедания, и на библейский принцип: «должно повиноваться больше Богу, нежели человекам». Несмотря на критику и угрозы, он остался верен своим убеждениям.
После этого началась травля со стороны некоторых жителей: ломали забор, снимали ворота, однажды даже заткнули дымоход, пытаясь причинить вред семье. Однако Давид и его близкие отвечали на враждебность терпением, молитвой и добрым отношением к людям.
Поначалу ему не давали устроиться на работу, но спустя несколько месяцев, после обращения к председателю сельсовета, его приняли в местное лесничество. Со временем отношение многих жителей изменилось: появились друзья и уважение со стороны руководства. Давид честно трудился в лесном хозяйстве до выхода на пенсию, оставаясь благодарным Богу за Его помощь и поддержку во всех испытаниях.
Общеобразовательный процесс
После переезда в село Большой Атмас семья Давида столкнулась с постоянным давлением со стороны советской школы. Детей пытались заставить посещать занятия по субботам, несмотря на их религиозные убеждения. По инициативе учителей одноклассники дважды приходили домой, убеждая Виктора, Генриха и Эллу отказаться от соблюдения субботы. Однако дети твердо объясняли, что следуют Божьей заповеди и не могут поступить вопреки своей совести.
После отказа Виктору объявили бойкот, а некоторые школьники стали угрожать ему расправой. Во время второй попытки детей даже заперли в собственном доме, из-за чего семья не смогла попасть на богослужение. Понимая, что инициатива этого противостояния исходила от небезызвестных органов, Давид, чтобы защитить детей, обратился напрямую к начальнику районного КГБ. Тот внимательно выслушал семью, убедился, что вера детей является их осознанным выбором, и пообещал вмешаться.
Несмотря на это, семью продолжали регулярно вызывать на заседания комиссии по делам несовершеннолетних, где их убеждали отказаться от религиозных взглядов и штрафовали за пропуски занятий по субботам. Давид неизменно отстаивал право семьи жить по своей вере, подчеркивая, что уважает государственные законы, но в вопросах совести должен прежде всего повиноваться Богу.
Период постоянного давления стал серьезным испытанием, однако семья не утратила верности своим убеждениям. Господь укреплял их, защищал от более тяжелых последствий и продолжал благословлять церковь, приводя к вере новых людей.
Виктор Кондратьевич
Во время перестройки отношение государства к верующим стало постепенно смягчаться. В это время произошло удивительное обращение Виктора Кондратьевича Горста, который долгие годы категорически запрещал своей жене Марте Федоровне посещать церковь. Благодаря ее терпению, молитвам и кроткому поведению его отношение неожиданно изменилось, и он сам разрешил ей посещать богослужения.
Когда Марта решила принять крещение, она вновь ожидала сопротивления, но Бог ответил на ее молитвы: муж не только не возражал, но и благословил ее решение. Постепенно Виктор Кондратьевич сам стал посещать церковь, участвовать в духовных беседах и изучать Библию.
Спустя год он попросил принять крещение в ту же дату, когда крестилась его жена годом ранее. Летом 1985 года он заключил завет с Богом вместе с Альвиной Турбиной.
Обращение Виктора Кондратьевича вызвало большой резонанс среди односельчан. Из-за своей веры он столкнулся с трудностями на работе и временно остался без нее, однако сохранил спокойствие, продолжал честно трудиться и доверял Господу.
Вскоре Бог благословил его труд. Виктору доверили собрать новые комбайны, а затем вместе с сыновьями он показал лучшие результаты по уборке урожая в районе. За добросовестный труд семья получила признание и возможность приобрести новый автомобиль. Эта история стала ярким свидетельством того, что Бог способен изменить человеческое сердце, благословить верность и обратить испытания в источник новых благословений.
Переход на особый статус
В последние годы служения в Сибири в семье Давида Давидовича произошло несколько важных событий. В 1982 году женился старший сын Павел. Осенью 1988 года Давид достиг пенсионного возраста и завершил как трудовую деятельность, так и двадцатишестилетнее служение в качестве пастора.
После выхода на пенсию семья получила возможность самостоятельно выбрать место жительства и осуществила свою давнюю мечту — переехала в город Иссык Алма-Атинской области, ближе к родным местам. Руководителем общины в Большом Атмасе был избран Виктор Кондратьевич Горст, который за годы совместного служения вырос в зрелого и уважаемого церковного руководителя.
Оглядываясь на прожитую жизнь, Давид Давидович с благодарностью вспоминал более пятидесяти лет честного труда. За это время он освоил множество профессий, всегда стараясь выбирать работу, которая позволяла оставаться верным своим религиозным убеждениям и совмещать труд с церковным служением. С особой теплотой он вспоминал и своих соработников по служению, с которыми вместе проходил через годы испытаний.
Особенно трогательным стало прощание с селом Большой Атмас. Председатель сельсовета, который когда-то был одним из самых строгих противников семьи Давида Давидовича, искренне сожалел об их отъезде и признался, что ему жаль расставаться с ними. Эти слова стали свидетельством того, как многолетняя честная жизнь, верность своим принципам и доброе отношение к людям способны изменить даже самых убежденных противников.
Солдат на связи
Весной 1987 года сын Давида, Генрих, был призван на военную службу в Красноярск. С самого начала он открыто заявил о своих религиозных убеждениях и объяснил командованию, что не может приносить военную присягу в ее обычной форме, поскольку не вправе обещать выполнять приказы, связанные с лишением человека жизни. После долгих бесед руководство пошло на компромисс: Генрих произнес измененный текст, заменив слова клятвы обещанием служить честно, если приказы не будут противоречить Божьему закону и его совести.
Несмотря на отдельные попытки давления со стороны некоторых офицеров, Генрих заслужил уважение своим трудолюбием, дисциплиной и честностью. Даже командиры, первоначально относившиеся к нему настороженно, со временем стали ценить его как надежного и добросовестного солдата. В последние месяцы службы он участвовал в строительстве офицерской бани и других объектов, а за примерную службу был досрочно демобилизован вместе с одним из сослуживцев.
Служба Генриха принесла и духовные плоды. Один из его сослуживцев, Игорь Колосов, после демобилизации нашел Церковь адвентистов седьмого дня и стал ее активным членом. Вскоре после возвращения домой Генрих создал семью с Ольгой, а спустя год вышла замуж и дочь Давида Давидовича Элла. Эти радостные события стали завершением очередного важного этапа в жизни семьи и свидетельством Божьего благословения после многих лет испытаний.
Послание Президенту
После переезда в Германию Давид Давидович продолжал переживать за Россию и регулярно навещал своих детей. Во время одной из поездок он столкнулся с грубым отношением на российской таможне, что напомнило ему о несправедливости, пережитой в годы репрессий. Это побудило его написать открытое письмо Президенту России.
В письме Давид Давидович кратко рассказал о своей жизни: раскулачивании семьи, смерти отца, трудовой армии, десятилетнем заключении по ложному обвинению, обращении к Богу в лагере и последующих преследованиях за веру. Он подчеркнул, что не ищет компенсации за перенесённые страдания, а желает видеть Россию государством, где уважаются права человека, и пожилые люди чувствуют себя защищёнными, а чиновники относятся к гражданам с достоинством и уважением.
После отправки письма Давид Давидович не ожидал личного ответа, но позже узнал о создании обновлённой Комиссии по правам человека и реформах в работе пограничной службы, направленных на более вежливое отношение к людям. Он не утверждает, что его обращение стало причиной этих изменений, однако благодарит Бога за любые добрые перемены и надеется, что страна будет становиться более справедливой и человечной.
Часть III. Предки. Судьбы. Потомки
«Вот родословие сынов Ноевых: Сима, Хама и Иафета…» Книга Бытие, 10:1-3.
Возвращаясь к истокам
После многих лет разлуки с родными Давид Гомер вновь обратился к истории своей семьи. Ему хотелось понять, откуда происходил его род, кем были его предки и какой путь прошли последующие поколения.
Благодаря исследованиям родственников удалось восстановить родословную семьи Гомеров. Начало российской ветви рода связано с Георгом-Андреем Гомером, родившимся в Германии в 1713 году. В XVIII веке он вместе с семьёй переселился в немецкую колонию Поволжья. От его сына Иоганна-Михаэля пошло многочисленное поколение российских Гомеров.
Прадед Давида, Иоганн-Вильгельм Гомер, вместе с семьёй переселился в Орловку. Там родился его отец Давид. Семье пришлось пройти через тяжёлые испытания: переселения, раскулачивание, войну, трудовую армию и потерю близких людей.
Судьбы братьев и сестёр
У отца Давида Давидовича было несколько братьев и сестёр, и каждый из них оставил свой след в истории семьи.
Старшая сестра Мария-Катерина уехала в Америку. Её потомки сохранили связь с родиной и продолжили христианские традиции семьи.
Брат Яков пережил сложные годы, сохранил хозяйство и веру. Его дети прошли через испытания военного и послевоенного времени.
Брат Генрих, человек добрый и верующий, также столкнулся с последствиями раскулачивания. Несмотря на трудности, его дети получили образование, трудились, помогали людям и сохраняли духовное наследие семьи.
Младший брат Вильгельм был вынужден покинуть родные места. После долгих скитаний его семья обрела новый дом. Его дети стали специалистами в разных областях и продолжили веру своих предков.
Семья Давида
В семье отца Давида Давидовича было девять детей. Многие из них не дожили до зрелого возраста, другие пережили войны, репрессии и тяжёлые лишения.
Старший брат Эдгар отличался скромностью и заботливостью. Несмотря на трудности жизни, он сохранил веру и передал её своим детям.
Брат Генрих погиб на войне. Сестра Гульда умерла молодой после болезни. Младшая сестра Зельма прошла через непростую жизнь, но с достоинством несла ответственность за свою семью.
Сам Давид Давидович также прошёл через множество испытаний. Однако, оглядываясь назад, он видел во всех событиях Божье руководство и поддержку.
Семья матери
Глубокие корни имела и семья матери Давида Давидовича. Её родственники жили в Орловке и других населённых пунктах, трудились, воспитывали детей, сохраняли веру и поддерживали друг друга.
Многие представители этого рода стали учителями, инженерами, специалистами сельского хозяйства и служителями Церкви. Их жизнь свидетельствовала о том, что настоящая ценность человека заключается не только в профессиональных достижениях, но прежде всего в верности Богу, семье и людям.
Итог
История рода — это не просто собрание имён и дат. Это память о людях, которые пережили переселения, войны, голод, потери и несправедливость, но сохранили главное — веру, трудолюбие и надежду.
Давид Давидович понимал, что каждое поколение является продолжением предыдущего. Сила семьи заключается не только в родственных связях, но и в духовном наследии, которое передаётся детям и внукам.
«Если будешь слушать гласа Господа Бога твоего… придут на тебя все благословения сии…» Библия. Книга Второзаконие 28:1–4, 13.
Эпилог
«И возвратил Господь потерю Иова… и благословил Бог последние дни Иова более, нежели прежние» Книга Иова 42:10, 12.
Проклятие — в благословении
В самые тяжёлые годы своей жизни Давид Давидович потерял почти всякую надежду. Годы заключения, лишения свободы и тяжёлые испытания казались ему бесконечными. Но именно в этот период он особенно ясно ощутил присутствие Бога.
Молитва стала для него источником новой надежды. Давид Давидович убедился, что Бог способен не только сохранить человека в испытаниях, но и изменить его жизнь, наполнив её смыслом.
Оглядываясь назад, он видел, что многие события, которые казались проклятием, в итоге стали благословением. Страдания укрепили его веру, научили прощению и помогли глубже понять Божье руководство.
Подобно Иосифу, который сказал: «Вы умышляли против меня зло, но Бог обратил это в добро» (Бытие 50:20), Давид Давидович понял, что даже человеческая несправедливость не может помешать исполнению Божьих планов.
Даже тяжёлый опыт прошлого оказался использован во благо. Полученные в трудных условиях знания и навыки позже помогали ему в мирной жизни и служении людям. Давид Давидович видел в этом подтверждение того, что Бог способен преобразовать любую ситуацию.
Отношение к пережитому
У Давида Давидовича не осталось ненависти к тем, кто причинил ему страдания. Он понимал, что христианский путь — это путь прощения.
Подобно библейским Иову и Иосифу, он стремился не к возмездию, а к милости. Встречаясь с людьми, связанными с его прошлым, Давид Давидович старался проявлять любовь и понимание, потому что верил: только Бог способен изменить человеческое сердце.
Особенно значимыми стали события, когда его дети вновь оказались в местах, связанных с прошлым семьи. Там, где когда-то были боль и противостояние, появились примирение, духовные встречи и новые возможности для служения.
Для Давида Давидовича это стало ещё одним свидетельством Божьего присутствия в человеческой судьбе.
Благодарность и надежда
Завершая свой жизненный рассказ, Давид Давидович с благодарностью вспоминал всех, кто был рядом с ним: супругу, детей, внуков, друзей, единоверцев и всех людей, поддерживавших его на протяжении долгого пути.
Он видел, как изменился мир, как открылись границы, как люди стали искать новые места для жизни. Но главным богатством человека Давид Давидович считал не земное благополучие, а отношения с Богом.
Пройдя через войны, репрессии, потери и испытания, он сохранил главное — веру и надежду. Теперь его взгляд был обращён к будущему, к исполнению Божьего обещания о вечной жизни и возвращении Христа.
Своим жизненным опытом Давид Давидович хотел сказать каждому человеку: земные обстоятельства могут измениться, но Божья любовь остаётся неизменной. Каждый человек имеет возможность выбрать путь надежды и обрести место в Книге жизни. «Побеждающий облечётся в белые одежды; и не изглажу имени его из книги жизни…» Откровение Иоанна Богослова 3:5.
История жизни Давида Давидовича — это свидетельство Божьей верности человеку, который, несмотря на испытания, сохранил живую веру, любовь к людям и способность прощать. Пройдя через войны, лишения, гонения и смену целых эпох, он не ожесточился сердцем, а, напротив, научился видеть Божий промысел во всем пережитом. Именно поэтому он считал себя счастливым человеком.
Книга «Пережившие эпоху» стала не просто воспоминанием о прошлом, а духовным наследием для детей, внуков и всех читателей. В ней запечатлены не только события более чем столетней жизни, но и главный жизненный урок автора: человек, доверивший свою жизнь Господу Иисусу Христу, может сохранить мир в сердце, пройти через самые тяжелые обстоятельства и остаться верным Божьему призванию.
Жизнь Давида Давидовича стала примером того, как евангельские истины могут воплощаться в повседневности — в прощении, милосердии, любви к ближним и надежде на Бога. Его земной путь, продолжавшийся более века, оставил глубокий след в сердцах всех, кто его знал, и в памяти тех, кто познакомится с его свидетельством через страницы этой книги.
11 ноября 2025 года Давид Давидович почил в Господе в возрасте 102 лет и 11 дней. Завершил он свой долгий земной путь с той же непоколебимой верой, которая была его путеводителем на протяжении всей жизни. Его память и оставленное им духовное наследие продолжают вдохновлять новых читателей жить с доверием Богу, хранить верность Христу и помнить, что Божья любовь сильнее любых испытаний.
Виктор Давидович Гомер
